Деревянные амазонки
Праздник продавцов цветов или 8 марта по-американски.
Утром, как обычно, таскали воду для собак. Флиртуя между делом с молоденькой Максин, я рассказывал, что в России этот день является праздничным — женщин носят на руках, дарят цветы и ублажают всеми доступными способами.
— А в остальные? – поинтересовалась наивная американка.
— Шпалы таскают, по горящим избам ходят, коней на скаку останавливают…
— Лошадей люблю, особенно «Белую лошадь», — хитро подмигнула она.
— Что такое шпалы?
С творчеством Некрасова девушка из американской глубинки знакома явно не была, так что плагиат прошёл на ура. Окрылённый успехом, уже собрался вывалить на неё байки про водку, икру, медведей с балалайками и прочую хрень, но, встретившись глазами с Арли, я запнулся — обычно ухоженный и опрятно одетый господин Иоргенсен, владелец тур. фирмы, стоял расхристанный со всклоченными волосами и безумным взглядом.
— Что случилось, Арли? Русский десант захватил Вашингтон? — начал я в обычной ёрнической манере.
— Бабы тур заказали — не оценил шутку Арли.
— С каких это пор ты баб стал бояться? — продолжал развлекаться я.
— Где взять столько сук? — не слыша меня, продолжал бубнить Арли. Они хотят, чтобы в упряжке работали одни суки. Ты единственный «кобель», которому разрешено помогать им на старте — хотят посмотреть на живого русского.
— Не, не, не, я столько не выпью ))
— Они предложили тройную цену!…
— С этого и надо было начинать! За такие бабки я готов разговаривать даже с бывшей женой. Не дрейфь, Арли: у Тима Уайта много хороших сук, у Марка Нордмана займём, у Джона Паттона. Прорвёмся, одним словом.
Члены феминистской организации «Woods Women» (Лесные женщины) грубыми морщинистыми лицами, широкими плечами, полным отсутствием вторичных половых признаков больше походили на сибирских лесорубов, чем на слабый пол. Первичные половые признаки, скорее всего, присутствовали, но проверять это, желания почему-то не возникало. За глаза я звал их деревянными амазонками.
Руководителем тура поехала Сюзан, жена Арли. Можно только догадываться, через что ей пришлось пройти, но по возвращении её первыми словами были русские, привести которые цензура не позволяет: «… Я стала ненавидеть женщин… Одно хорошо — лесбиянкой теперь не стану…». Спустя некоторое время, обращаясь уже ко мне, Сюзан добавила: «Они, кстати, тобой интересовались, спрашивали, почему этот русский никогда не улыбается». «Да, глядя на них, рыдать хотелось.», — ответил я. Окончание фразы потонуло в гомерическом хохоте…
P.S. А с Максин вышел полный облом, но, как говорится, не очень-то и хотелось ))
Ринат Хабибулин.